ФИЛОСОФИЯ В ПРОСТРАНСТВЕ

XIX и XX столетий121. Но и здесь его союзник — философия. Есть ли то, что выше добра? Как соотносятся сила, право и добро? Философская дисциплина, изучающая эти вопросы, называется этикой. Сохранилось его странное высказывание: «А из чего возникают все вещи, в то же самое они и разрешаются согласно необходимости. В. Гумбольдта). Но есть и такая задача: отличить философскую мысль от нефилософской. В результате появилась новая ветвь философского знания, которая сейчас находится в становлении и даже не имеет устоявшегося названия (философия культуры?

Так, наверное, и в самом деле было в Академии Платона. Тут-то и начинается философия. Все приходилось делать самим. В том числе — думать своим умом. Но и здесь греки оказались великими изобретателями. С этого открытия и начинается философия.

Тем самым мудрости придается земное, а не небесное достоинство. Человека больших знаний и ума называли в те времена обычно «софос», то есть мудрец, человек, обладающий «Софией» — мудростью. Вот его основная идея: познать космос человек не может из-за своей ограниченности, но он, к счастью, и не должен этого делать, поскольку живет в своем человеческом мире, где сам задает законы.

Недаром один из древних синонимов слова «философия» — это «метафизика», т.е. выход за границы природы с целью нахождения ее начал и причин. Этот вопрос по своей природе является философским.

Ярослава и матери святое Федосьи». И зол, и подл: все это будет личность. В. Е. Евгеньев-Максимов. Шеллинга и Гегеля. Н. В. Станкевича. Иногда говорят, что философия — не школьная наука. Ее-де может постичь только человек, умудренный жизненным опытом и долгими размышлениями. Но, может быть, именно детство и юность — лучшее время для начала.

Но детство и юность спрашивают чаще, чем другие эпохи жизни, а вопросы их бывают острее, фундаментальнее, чем вопросы людей зрелых. Подросток еще не включился в «систему», он зачастую критически относится к миру взрослых, хочет его понять и оценить.

Он наивен, и философия, в сущности, наивна; он непрактичен, но и философия отвлекается от непосредственной пользы. Он идеалистичен, и философия тоже ищет идеалы. В платоновских диалогах слушают мудрецов и вступают с ними в спор совсем юные существа. Программа немецкого идеализма была сформулирована вчерашними школьниками, «зелеными» тюбингенскими студентами, и почти в таком же виде осуществлена ими, но уже — зрелыми мыслителями.

Ницше становится уважаемым профессором в 24 года. Конечно, это скорее исключения, чем правило. Но сложны системы, которые выражены на специальном языке. Начала философствования (то, что важнее всего) просты. Но если предлагать вопросы с готовыми решениям, недолго и отучить от азарта поиска. Она знает, какая важная вещь — игра. Значит, и игра понятиями не покажется ей слишком странной.

ФИЛОСОФИЯ В ПРОСТРАНСТВЕ

В философии тоже есть «ремесленные» навыки, без которых в ее мир лучше не входить. Философия распределена в человеческой культуре неравномерно. Она существует в истории сравнительно небольшими «оазисами». Конечно, это в высшей степени спорное занятие. Не всякая культура и не во всякие времена может себе позволить такое. Более того, сама философия затрудняется дать окончательный и однозначный ответ на вопрос, чем она занимается.

Представим себе, что, путешествуя во времени, мы встретили человека той эпохи, который, как это нередко бывает во времена больших перемен, сетует на порчу нравов. Раньше, — сказал бы он нам, — знание сообщали боги, а теперь они молчат и люди сами ищут мудрость. Раньше тайны знания хранили жрецы, а теперь его носителями становятся люди разных сословий и о нем спорят, как о ценах на базаре. Если раньше добро, справедливость и благочестие вели друг друга за собой, то теперь умные и много знающие люди могут в то же время быть злыми и нечестивыми.

КАК ФИЛОСОФЫ ВЫРАЖАЮТ И ПЕРЕДАЮТ СВОИ МЫСЛИ

Что же было на самом деле? Историки полагают, что в это время происходила настоящая культурная революция. Тогда были сделаны лишь первые шаги этого процесса, который не закончился и сейчас, но уже они привели к большим результатам. Утрачивают свою власть и аристократы: не происхождение, а личные достоинства и собственность делают человека уважаемым и влиятельным гражданином.

ФИЛОСОФИЯ ВО ВРЕМЕНИ

Человек, который, как и все люди во все времена, ценит богатство, но уважает лишь тех, кто добыл его трудом и предприимчивостью. Наконец, человек, который превыше богатства ставит славу, мудрость и доблесть. Греческое слово logos, как и близкое ему латинское ratio, значит, кроме прочего, — «мера», «пропорция». То, что мера — это нечто полезное и нужное продавцу, покупателю, землемеру, знали всегда.

ГРАНИЦЫ ФИЛОСОФИИ

Они применили его уже не к миру человеческих забот, а к тем сферам, которые раньше считались тайнами природы и богов. И здесь греки совершили великое открытие. Дух соревнования проник даже в искусство и политику. Вначале (VI-V вв. до Р.Х.) она еще неразрывно связана с наукой. Это не жрец и не пророк, а просто «один из нас», но глубже понимающий уроки повседневной жизни и формулирующий их в запоминающихся изречениях.

Постепенно выяснилось, что во всех этих разнообразных проявлениях мудрости есть нечто общее и способное к самостоятельному существованию. А без знания человек все же чувствует себя не слишком уютно в равнодушном к нему мире, где столько чужого, опасного, враждебного.

ЗАЧЕМ НУЖНА ФИЛОСОФИЯ

Представим себе, что перед нами бесконечный ряд всех возможных фактов и другой бесконечный ряд — всех возможных мыслей. Парменид в поисках самой неопровержимой идеи обнаруживает, что идею «бытие есть, а небытия нет» нельзя сокрушить никакой критикой. Значит, здесь мысль и факт — одно и то же. И Парменид через идею абсолютного Бытия объясняет устройство мира истины и мира иллюзии. Слово «философия» возникло, видимо, как самоназвание этой новой дисциплины (по некоторым сведениям, его ввели пифагорейцы).

Философия» же буквально значит «любовь к мудрости». Мудростью — решили они — обладают боги, и если они не дарят ее людям по своему желанию, тем следует начинать самим, и притом начинать сначала. Так потом и поведется в истории философии: каждый мыслитель будет самостоятельно отыскивать принципы своей теории, и никакое наследие не сможет гарантировать ему опору или хотя бы дать подсказку.

В этом ряду возможностей, открытых благодаря новому пониманию формы, следует поместить и философию. И. В. Киреевского. Во всяком случае, можно уступить критикам в том, что наука и философия обращаются с понятиями различным образом.